Е. Гребенюк: "Нарратив - это жизненная история человека"

Представляем вам новую книгу нашего издательства – «Нарративный подход к работе с травмой и последствиями насилия». Собственно, представляем даже не мы, а автор книги – Елена Гребенюк, нарративный терапевт, сооснователь содружества «КРАЙ», преподаватель.

Чтобы делать это было легче и интереснее, мы обратились к коллегам-психотерапевтам с таким вопросом: можете ли вы сформулировать вопрос, который возникает у вас при чтении названия этой книги? Что бы вы спросили у автора?

Коллеги спросили, автор ответила. И вот что из этого получилось.

Привет. Я психотерапевт, но вот термин «нарративный» мне не знаком, отсюда и вопрос: что это?

Елена Гребенюк. Нарративный подход – одно из направлений в психологической помощи и социальной работе. Он относится к неклассическим подходам – можно сказать, что это конструктивистский или коллаборативный подход. Он сформировался в 80-х годах 20 века в работах Майкла Уайта (Австралия) и Дэвида Эпстона (Новая Зеландия) под влиянием идей М. Фуко и Ж. Деррида, феминистской оптики и культурной антропологии, работ Гр. Бейтсона, Дж. Брунера и Л.С. Выготского. Одна из особенностей – внимание к социальному контексту жизненных трудностей, а один из ориентиров работы – метафора нарратива, то есть восприятия жизни как истории.

Что такое «нарратив» простыми словами?

Е.Г. Нарратив – это жизненная история человека. Мы исходим из того, что наш опыт многообразен, и мы можем выделять в нем разные события, устанавливать между ними те или иные взаимосвязи, по-разному приписывать смысл. В повседневной жизни мы стихийно создаем такие истории для структурирования и осмысления своего опыта. В терапии мы можем целенаправленно конструировать те истории, которые будут полезны для человека в его видении себя и в будущих делах. В книге я подробнее поясняю это и в целом знакомлю с подходом.

Какой главный акцент книги: нарративный подход (слова написаны большими буквами) или работа с травмами и насилием (маленькие буквы)?

Е.Г. И то, и другое: книга посвящена работе с травмой с позиций нарративного подхода. Сначала краткое знакомство с подходом, далее разбираются принципы и методы работы с травматическим опытом. Маленькие и большие буквы – исключительно элементы дизайна.

Для кого эта книга?

Е.Г. Эта книга в первую очередь для помогающих специалистов – психологов, психотерапевтов, социальных работников. Мне кажется, она может подойти тем, кто хочет познакомиться с нарративным подходом, потому что там есть вводная глава про его историю и основные принципы работы. Кроме того, она может быть полезна и тем, кто уже знаком с нарративной терапией, но хочет расширить свои знания в области работы с травмой. Это своего рода учебное пособие, в конце каждой главы есть практическая часть – вопросы для саморефлексии или обсуждения с коллегами; списки вопросов, которые могут лечь в основу терапевтических бесед.

Поможет ли книга читателю, имевшему опыт насилия, настроить навигацию: как обходиться с травмой, к кому обращаться за помощью?

Е.Г. Книга больше ориентирована на помогающих специалистов. Однако я не исключаю, что читатели смогут найти что-то полезное в отношении собственного опыта насилия. Навигации в буквальном смысле (к кому обращаться, когда и пр.) там нет.

Немного путает название: в психотерапии мы всегда работаем с последствиями насилия – собственно, это и есть травма. В чем для вас различия?

Е.Г. Понятие «травма» шире – она может быть результатом других событий, не обязательно насилия. Но зачастую это действительно взаимосвязанные вещи, травма в результате насилия – частный случай травмы, и распространенный. В название вынесены обе эти темы, поскольку мы говорим и про травматический опыт в целом, а в одной из глав – про особенности именно насилия.

С какими видами травм можно работать в нарративном подходе? 

Е.Г. Какой-либо классификации или специализации нет, можно применять для разных тяжелых ситуаций.

---

---

Предполагает ли работа с травмой и насилием в нарративном подходе обязательный сеттинг?

Е.Г. Представленные в книге принципы можно применять в разных условиях: в индивидуальной терапии, в группах психологической поддержки, в работе с сообществами, даже в журналистских расследованиях или в полевых условиях в зоне боевых действий. В зависимости от типа ситуации будет предполагаться свой сеттинг – т.е. набор конкретных договоренностей, условий работы. Или, возможно, я не совсем поняла вопрос?

Нарратив подразумевает какую-то историю. Если точнее, историю, влияющую на жизнь рассказчика. В контексте названия книги это история боли, насилия, возможно, беспросветной безысходности, чего-то постоянно случающегося. И тогда вопрос: если история насилия воспроизводится, то как вы относитесь к тезису о том, что пережитое содержит в себе некоторое удовольствие, разыгрывание и неосознаваемый выбор (как пример: семьи созависимых – алкоголь, треугольник Карпмана и т.п)?

Е.Г. Я негативно отношусь к этому тезису. И верю в то, что история может перестать воспроизводиться, она меняется, и наша работа может этому помогать.

Как тема авторства помогает клиенту нарративного терапевта в работе с травмой?

Е.Г. Ситуация травмы – как правило, момент беспомощности, потери авторства. Нарративный подход помогает восстановить ощущение способности влиять на свою жизнь, определять ее.

Как нарративный подход работает с темой стыда у людей, переживших насилие?

Е.Г. Наше отношение к себе формируется из отношения других людей к нам. В результате пережитого насилия люди могут усваивать уничтожающее, подавляющее, и возможно, стыдящее отношение к себе. В нарративной работе мы помогаем отделить себя от этого отношения и увидеть другие возможности – возможности отнестись к себе с теплом, принятием и любовью. В частности, это происходит в группах – всегда полезно создавать связи с другими людьми, пережившими подобный опыт.

Кроме того, важно, как мы говорим о насилии в обществе. Обвинение или стыжение переживших насилие людей поддерживает замалчивание его, а значит, поддерживает продолжение насилия. В нарративных беседах мы можем делать видимыми эти социальные аспекты.

В чем ключевой вклад нарративного подхода в понимание работы с травмой? Лаконично – чем он отличается от других подходов в этом месте?

Е.Г. Наверное, у каждого подхода есть собственное видение человека, из которого вытекает понимание и травмы, и исцеления. Сложно сравнить нарративный подход со «всеми остальными», потому что они все тоже разные. Кроме того, если бы это можно было объяснить в одном предложении, не было бы необходимости писать книгу.

Однако для меня наиболее важным является следующее: человек никогда не остается пассивен перед лицом жизненных трудностей. Даже в ситуации, когда он, казалось бы, испытывает бессилие – он продолжает на каком-то уровне отвечать, быть активным, защищать или отстаивать себя. Нарративный подход учит замечать эти ответы, помогать опираться на них. Акцент делается не на последствиях травмы, а на действиях по сопротивлению насилию, что помогает людям увидеть и осознать, благодаря чему они выжили и продолжают жить. Мне нравится эта внимательность к человеческому достоинству.

P.S. Нас как издателей удивило, как много связанных с психотерапией людей не имеют представления о нарративном подходе. Поскольку мы издаем уже не первую написанную в этом подходе книгу, нам казалось, что все о нем знают… Чистый эффект Пиаже, что не делает нам чести : )

Посмотрев на мир взрослыми глазами и поняв, что вовсе не все видят его так же, как мы, мы делимся информацией о том, где можно познакомиться с идеями нарративной терапии, какие книги о нем можно прочитать и как встретиться с работающими в этом подходе замечательными людьми.

Сообщества нарративных терапевтов:

• Нарративное содружество КРАЙ

• Центр нарративной психологии и практики

Что почитать:

Во-первых, существует онлайн-библиотека статей по нарративной терапии на русском языке. Ну и, конечно же, напомним о книгах об этом подходе, выходивших ранее у нас в "Генезисе":

Вернуться в раздел

Популярные статьи